Познание основ православной веры

Четверг, 18.01.2018, 07:10

Приветствую Вас Гость | RSS | Главная | Нестяжание - Форум | Регистрация | Вход

[ Новые сообщения · Участники · Правила форума · Поиск · RSS ]
Страница 1 из 11
Форум » Добродетели » Нестяжание » Нестяжание
Нестяжание
SonДата: Понедельник, 21.02.2011, 19:22 | Сообщение # 1
Блаженны кроткие
Группа: Проверенные
Сообщений: 178
Репутация: 0
Статус: Offline
"Епископ Варнава (Беляев)
ОСНОВЫ ИСКУССТВА СВЯТОСТИ

Опыт изложения православной аскетики
III ОТДЕЛ. «ДУШЕВНЫЙ ЧЕЛОВЕК» В БОРЬБЕ СО СТРАСТЯМИ
ГЛАВА 7. НЕСТЯЖАНИЕ



§1.О НЕСТЯЖАНИИ

Что оно такое? Его значение

«Начало пути жизни — поучаться всегда умом в словесах Божиих и проводить жизнь в нищете», — говорит преп. Исаак Сирин.

Таково значение нестяжательности.

«Нестяжание есть отложение земных попечений, беззаботность о жизни, невозбраняемое путешествие, вера заповедям Спасителя; оно чуждо печали», — говорит св. Иоанн Лествичник.

Оно есть Божественное установление (Лк. 14, 26, 33).

Добровольная нищета — выше милостыни.

«Если возложишь на душу свою правило нищеты, — говорит св. Исаак Сирин, — и, по благодати Божией, освободишься от попечений и нищетою своею станешь выше мира, то смотри, не возлюби стяжания по нищелюбию, для подаяния милостыни, не ввергни души своей в смятение тем, что будешь брать у одного и давать другому; не уничтожь чести своей зависимостью от людей, прося у них, и не утрать свободы и благородства ума своего в попечении о житейском, потому что степень твоя выше степени милостивых. Нет, прошу тебя, не будь зависим. Милостыня подобна воспитанию детей, а безмолвие — верх совершенства. Ежели есть у тебя имение, расточи его вдруг. Если же ничего не имеешь, и не желай иметь. Очисти келью свою от роскоши и от излишнего, и это поведет тебя к воздержанию невольно, хотя бы ты и не хотел. Скудость вещей учит человека воздержанию; а когда дозволим мы себе послабление относительно вещей, тогда не в состоянии будем воздерживать себя».

В «Древнем Патерике» передается случай, показывающий, что святые строго помнили это положение (что нестяжание выше милостыни).

«Некто просил старца принять деньги на свои нужды. Он не захотел принять, довольствуясь своим рукодельем. Когда же тот не переставал упрашивать старца принять деньги хотя для нужд бедных, то он отвечал:

- Здесь будет двоякий стыд: я принимаю без нужды и тщеславлюсь чужим даянием».

Зная высоту добродетели нестяжания и ее преимущество пред милостыней, диавол на этом строит искушения подвижникам.

«Бес сребролюбия борется с нестяжательными и, когда не может их одолеть, — говорит св. Иоанн Лествичник, — тогда, представляя им нищих, под видом милосердия увещавает их, чтобы они из невещественных опять сделались вещественными».

И нередко успевает в этом и вводит в пагубу и лица высокой духовной жизни.

Но все вышесказанное, прибавлю, относится к настоящим подвижникам, которые всецело предались Христу и уединенной молитве за себя и за весь мир. «Но кто занят делами житейскими, собственными своими руками работает и сам берет у других, тот тем более обязан подавать милостыню. И если не радеть ему о милостыне, то немилосердие это есть противление Господней заповеди. Ибо если кто не приближается к Богу втайне [т. е. чистым молитвенным созерцанием и умно-сердечным деланием] и не умеет служить Ему духом, но не заботится и о делах явных, которые возможны для него, то какая еще будет у такового надежда приобрести себе жизнь? Таковой несмыслен» (преп. Исаак Сирин).

Отсюда видно, что христианство против профессионального нищенства, хотя Христос постоянно учил заботиться о нищих (Мф. 19, 21; 26, 9; Мк. 10, 21; 14,5; Лк. 14,13; 16, 20; 19,8; Ин. 13, 29; Деян. 4, 34).

II . Как приучать себя к добровольной ради Христа скудости?

«Никто не может приобрести действительной нестяжательное -ти, если не убедит и не уготовит себя к тому, чтобы с радостью переносить искушения. И никто не может переносить искушений, кроме уверившегося, что за скорби, к участию в которых уготовил он себя, можно приять нечто, превосходящее телесный покой. Посему во всяком, кто уготовал себя к нестяжательности, сперва возбуждается любовь к скорбям, а потом приходит к нему помысл не быть стяжательным относительно вещей мира сего. И всякий, приближающийся к скорби, сперва укрепляется верою, а потом приближается к скорбям. Кто отрешается от вещественного, но не отрешается от действенности чувств, разумею зрение и слух, тот уготовит себе сугубую скорбь и будет сугубо бедствовать и скорбеть. Лучше же сказать: какая польза лишить себя чувственных вещей, а чувства услаждать ими? Ибо от страстей, производимых этими вещами, человек терпит то же самое, что прежде терпел при обладании ими на деле, потому что памятование о навыке к ним не выходит у него из мысли. А если мысленные представления вещей без самых вещей воспроизводят в человеке болезненное чувство, что скажем о действительном приближении к ним? Итак, прекрасно отшельничество, потому что много содействует [достижению нестяжательности], сильно укрощает помыслы, самым пребыванием в отшельничестве влагает в нас силы и учит великому терпению в постигающих человека необходимых скорбях» (преп. Исаак Сирин).

Таким образом, мы видим преемственность в добродетелях. Все устроено Богом так, чтобы путь спасения для человека не был трудным и тяжким и чтобы можно было ему постепенно восходить от одной добродетели к другой, высшей, «и находить в этом для себя облегчение, и чтобы таким образом самые скорби, переносимые ради добра, соделались любезными, как нечто доброе» (преп. Исаак Сирин).

Но во всяком случае, приобретение нестяжательности есть великий труд.

«Да не подумает кто-либо, что без труда и легко достигается преспеяние в нестяжательности, — говорит св. Нил Синайский. -Ибо называем теперь нестяжательностью не нищету невольную, которая, приключившись по необходимости, сокрушает дух и, как непроизвольная, почитается несносною, но добровольную решимость довольствоваться малым, приобретаемую самовластием помысла, однако же требующую труда, и до того именно времени, пока упражнение, обратившись в навык, не соделает сносным того, что долгое время казалось трудным и нестерпимым».

III . Польза нестяжания

«Если имеешь что лишнее сверх дневной потребности, раздай это нищим и иди с дерзновением приносить молитвы свои, т. е. беседуй с Богом, как сын с отцом. Ничто не может так приблизить сердце к Богу, как милостыня, и ничто не производит в душе такой тишины, как произвольная нищета». «Если веруешь, что Бог промышляет о тебе, к чему тебе беспокоиться и заботиться о временном и о потребном для плоти твоей? А если не веруешь, что Бог промышляет, и потому, помимо Его, сам заботишься о потребном для тебя, то ты самый жалкий из всех людей. Для чего и живешь или будешь жить? Возверзи на Господа печаль твою, и Той тя препитает (Пс. 54, 23)».

О пользе нестяжательности сказал и Иоанн Лествичник: «Ничто так не смиряет душу, как пребывание в нищете и пропитание подаянием. Ибо тогда больше всего показываемся любо-мудрыми и боголюбивыми, когда, имея средства к возвышению, убегаем оного безвозвратно» (преп. Исаак Сирин).

IV . Примеры истинной нестяжательности

Границы ее так определяет св. Симеон Новый Богослов:

«Покажи Богу, или, лучше сказать, пусть Сам Он увидит нищету твою и нестяжательность и несребролюбивый нрав твой, так что хоть бы, как река, текло к тебе откуда-либо богатство всего мира или попалось тебе брошенным безмерное множество золота (ибо и это бывает по козням диавола и клевретов его), ты не восхотел бы даже одним глазом взглянуть на то, при всем том, что взять не представлялось бы грехом, под благовидным предлогом раздать бедным».

Путешествующий по египетским древним киновиям IV века преп. Иоанн Кассиан Римлянин вот что говорит о жизни тогдашних монахов, исполнявших заповеди Христа на деле, а не содержавших их только на церковном престоле в переплетах с золотыми крышками, усыпанными драгоценными камнями (хотя и такое благоговейное отношение тоже похвально само по себе, но для спасения недостаточно):

«Излишним считаю упоминать о том правиле их, чтобы никто не имел своей коробки, корзины и ничего такого, что должно бы было запирать как собственность. Знаем, что они живут в такой скудости, что, кроме рубахи, небольшой епанечки, полусапог, ми-лоти (мантии. — Еп. Варнава) и рогожи, ничего не имеют. А в иных монастырях это правило столь строго соблюдается, что никто не смеет ничего назвать своим, и считается большим преступлением для монаха говорить: это — моя книга, моя письменная доска, мой грифель, моя одежда, мои полусапоги. За это он должен принести покаяние, если случайно, по неосторожности или по неведению, произнесет такое слово».

Авва Исаак, пресвитер из Келий, говорил братиям:

«Отцы наши и авва Памво носили ветхую, со многими заплатами, а также пальмовую [т. е. из рогожи] одежду, а вы теперь носите одежду дорогую. Пойдите отсюда — от вас запустели здешние места».

Он же сказывал, что авва Памво говорил:

«Монах должен носить такую одежду, которую никто не взял бы, если бы выбросить ее из кельи [на целые три дня]».

Приведу пример того, как смотрели на нестяжательность древние святые отцы и как следовали ей в своей жизни даже тогдашние миряне.

Некоторые из греков пришли однажды в г. Острацины раздать милостыню. Они взяли с собою людей, чтобы показывали им, кто в чем особенно нуждается. Те привели их к одному изувеченному и предлагали ему подаяние, но он отказался:

- Вот я тружусь, плету эти молодые прутья и ем хлеб от трудов своих.

Потом привели их к хижине одной вдовы с семейством. Когда они постучались, откликнулась изнутри дочь ее. Она была нагая. А мать уходила в это время на работу — она была прачка. Они предлагали дочери одежду и деньги. Но та не хотела принять, говоря:

— Когда пошла мать моя, то сказала мне: будь покойна, по милости Божией, я нашла ныне работу, теперь мы имеем пищу.

Когда пришла мать, они стали ее просить принять подаяние, но и она не приняла и сказала:

— Мой Промыслитель — Бог, и вы теперь хотите отнять Его у меня!

Видя такую веру, греки прославили Бога.

Следующий случай показывает, как грешно и бесполезно «копить денежку на черный день».

Один садовник трудился и весь свой труд употреблял на милостыню, а себе оставлял только необходимое. Но помысл внушил ему: «Скопи себе несколько денег, чтобы под старость или в болезни не потерпеть тебе крайней нужды...» И он, собирая, наполнил горшок деньгами. Случилось ему заболеть (у него стала гнить нога), и он истратил деньги на врачей, не получив никакой пользы. Наконец приходит один опытный врач и говорит: «Если не отнять тебе ногу, сгниет все тело твое», и он решился на операцию. Ночью же, придя в себя и раскаявшись в том, что сделал, сказал с воздыханием: «Помяни, Господи, дела мои прежние, которые совершил я, трудясь в саду своем и доставляя потребное братиям!» Когда он произнес это, предстал ему ангел Господень и сказал: «Где деньги, скопленные тобою? И где эта надежда, которую ты питал на них?» Тогда, рассудив, он сказал: «Согрешил, Господи, прости мне! Отныне я ничего подобного не буду делать». Тогда ангел коснулся ноги его, и он тотчас исцелел. И встав утром, пошел в поле работать. Врач, по условию, приходит с инструментами, и ему говорят: «Он утром ушел в поле работать». Тогда врач, изумившись, пошел туда, где тот работал, и, увидев его копающим землю, прославил Бога, даровавшего ему исцеление («Древний Патерик»).

Таковы заветы нестяжания, оставленные древним старчеством. А те, кто упрекают нынешних монахов в нарушении ими иноческих обетов, напрасно усматривают в этом свое особое достоинство (воображая, что они видят то, чего не замечают духовные люди). Если они хотят знать, то об этом предсказано было за 1500 лет до них отцом монашества Антонием Великим.

«Однажды некоторые ученики божественного аввы Антония, видя в пустынях бесчисленное множество монахов, прилежащих всем добродетелям, спросили его: "Отец! Долго ли будут продолжаться эти ревность и усердие к уединению, к нищете, к смирению, к любви, к воздержанию и ко всем прочим добродетелям, которым так тщательно прилежит все это множество монахов почти без исключения?" Муж Божий так отвечал им, воздыхая и проливая обильные слезы:

— Наступит некогда время, сыны возлюбленные, в которое монахи оставят пустыни и вместо их устремятся к богатейшим городам. Там вместо вертепов и хижин, которыми усеяна пустыня, они воздвигнут, стараясь превзойти одни других, великолепные здания, препирающиеся пышностью с царскими палатами. Вместо нищеты вкрадется стремление к собиранию богатства [продолжу и дальше слова Великого, хотя они и не относятся к теме параграфа], смирение сердца превратится в гордость; многие будут напыщены знанием, но чужды добрых дел, предписываемых знанием; любовь иссякнет; вместо воздержания явится угождение чреву, и многие из монахов озаботятся о доставлении себе изысканных яств не менее мирян, от которых они будут отличаться только одеждою и клобуком. Находясь посреди мира, они не устыдятся неправильно присваивать себе имя монахов и пустынников. Не престанут они величаться, говоря: Аз есмь Павлов, аз же Аполлосов (1 Кор. 1, 12),

- как будто вся сущность благочестия заключается в значении

предшественников, как будто позволительно и справедливо хвалиться отцами, как хвалились иудеи предком своим Авраамом! Однако между монахами тех времен некоторые будут далеко лучше и совершеннее нас, потому что блаженнее тот, кто мот преступи-ти, и не преступи, и зло сотворити, и не сотвори (Сир. 31, 11), нежели тот, который увлекается к добру примером многих добрых».
"
http://pilotchart.narod.ru/text/Varnava/Varnava_3_7_1.htm

 
КлирДата: Среда, 04.05.2011, 19:20 | Сообщение # 2
Блаженны, егда поносят вас
Группа: Администраторы
Сообщений: 1293
Репутация: 0
Статус: Offline
Нестяжание - это, прежде всего, Бескорыстие, отсутствие алчности, страсти к богатству.
Ю. Максимов: http://www.russned.ru/hristianstvo/o-nestyazhanii
"Эта добродетель исторгает из сердца страсть к деньгам и наживе, порождающую жадность, любовь к роскоши и жестокость. Священное Писание заповедует: «Когда богатство умножается, не прилагайте к нему сердца» (Пс. 61: 11).

Святые отцы много предупреждали о вреде нарушения этой заповеди: «Если погонишься за роскошью и за тем, чтобы иметь больше других, то труда будет много, путь станет ненадежен, скорбь неутолима и жизнь многопопечительна»; «Чем более кто богатеет, тем более немилосердным становится и бесчеловечным и тем более удерживает руку свою от подаяния милостыни» (преподобный Ефрем Сирин). «Кто владеет богатством, тому нелегко вырваться из его оков… объемлет душу его множество страстей, которые, как густое и темное облако, заслоняя взоры ума, не позволяют взирать на небо, но заставляют склоняться вниз и смотреть в землю» (святитель Иоанн Златоуст).

Многие согласятся, что подобные черты действительно можно видеть в богатых людях. Вот почему Господь Иисус Христос сказал: «Трудно богатому войти в Царство Небесное» (Мф. 19: 23), порицая этими словами не само по себе богатство, а тех, кто к нему пристрастился.

Некоторые считают, что эти слова касаются только совсем сказочных богачей – миллиардеров и миллионеров. Но если присмотреться, то нетрудно увидеть, что и рядом с нами есть люди, по сравнению с которыми мы – настоящие богачи, а кроме того, и у людей среднего достатка может быть развито пристрастие к тем или иным вещам, стремление тратить деньги на предметы роскоши и надежда на собственные накопления. Например, сколь много малообеспеченных пенсионеров откладывали «на черный день» или «на похороны», а когда рухнул СССР, их вклады пропали, а накопления обесценились. Это стало таким ударом, что некоторые даже повредились умом. А ведь эти деньги они могли бы загодя потратить на дела милосердия – тогда их ожидала бы награда на небе, и уже в этой жизни они бы имели ясную совесть и сохранили душевное равновесие в годину испытаний. Так что для каждого из нас актуальны слова святителя Иоанна Златоуста: «Разве человеколюбивый Господь для того дал тебе много, чтобы данное тебе ты употребил только в свою пользу? Нет, но для того, чтобы твой избыток восполнял недостаток у других»; «Бог сделал тебя богатым, чтобы ты помогал нуждающимся, чтобы мог искупить свои грехи спасением других».

Господь Иисус Христос, дав заповедь о милостыне, сказал: «Приготовляйте себе влагалища не ветшающие, сокровище неоскудевающее на небесах, куда вор не приближается и где моль не съедает, ибо где сокровище ваше, там и сердце ваше будет» (Лк. 12: 33–34).

Как объясняет святитель Игнатий (Брянчанинов), этими словами «Господь заповедует с помощью милостыни превратить земное имение в небесное, чтобы само сокровище человека, находясь на небе, влекло его к небу». Кто в этой жизни раздает свои деньги на добрые дела помощи ближним, тот с каждым добрым поступком готовит на небе лучшую награду, которая будет ожидать его после смерти.

Говоря о добродетели нестяжания, нужно понимать, что сама по себе склонность к накопительству естественна для человека и может быть хороша и полезна, если направлять ее в должное русло, но становится греховной, если направлять ее на недолжные, низкие предметы. Хорошо богатеть добродетелями и копить небесные награды от Бога, но глупо стремиться к накоплению денежных знаков и предметов роскоши.

Наше имущество могут украсть воры, погубить стихийное бедствие, и даже обычный ход событий: так, например, самую дорогую шубу может съесть моль. Но даже если этого не произойдет, любые земные сбережения ограничены и имеют свойство заканчиваться, иссякать. И даже если вдруг они не иссякнут при нашей жизни, мы все равно их лишимся во время смерти.

А вот собранные нами добродетели и накопленные благодаря добрым делам небесные награды – это единственные сбережения, которые ни вор не может украсть, ни моль съесть, и которые, будучи обеспечены вечным Богом, никогда не иссякнут, а со смертью не только не исчезнут, но как раз станут вполне нам доступны.

Если поразмыслить над этим, то нетрудно догадаться, что самые мудрые люди следуют заповеди Христовой и посредством милостыни превращают сокровище временное и переменчивое в вечное и неизменное. Поэтому святитель Василий Великий говорит, что «если станешь беречь богатство – оно не будет твоим; а если станешь расточать [нуждающимся] – не потеряешь».

Подлинно богат не тот, кто много приобрел, но тот, кто много раздал и тем самым попрал страсть к мирскому богатству. Для христианина постыдно быть рабом денег и прочих материальных вещей, он должен быть мудрым господином их, используя их для вечной пользы своей души.

Как известно, Господь Иисус Христос сказал: «Не заботьтесь для души вашей, что вам есть и что пить, ни для тела вашего, во что одеться. Душа не больше ли пищи, и тело одежды? Взгляните на птиц небесных: они ни сеют, ни жнут, ни собирают в житницы; и Отец ваш Небесный питает их. Вы не гораздо ли лучше их?.. Итак, не заботьтесь и не говорите: что нам есть? или что пить? или во что одеться? потому что всего этого ищут язычники, и потому что Отец ваш Небесный знает, что вы имеете нужду во всем этом. Ищите же прежде Царства Божия и правды Его, и это все приложится вам» (Мф. 6: 25–26, 31–33). Таким образом, Он учит нас совершенно предаваться на волю Божию. Как говорил святитель Игнатий (Брянчанинов), «чтобы стяжать любовь к предметам духовным и небесным, нужно отречься от любви к предметам земным». Нестяжание устраняет все препятствия на пути к всецелому доверию Богу. И до тех пор, пока мы связываем свое обеспеченное существование с собственными сбережениями, работой, имуществом, мы грешим маловерием и вынуждаем Бога посылать нам житейские скорби, которые бы показали непрочность всех мирских вещей, на которые мы надеемся, чтобы привести нас наконец в чувство и помочь нам обратить свой взор к Богу.

Богатому юноше, который искал у Него наставления, Господь сказал: «Если хочешь быть совершенным, пойди, продай имение твое и раздай нищим; и будешь иметь сокровище на небесах; и приходи и следуй за Мною» (Мф. 19: 21). Тот, кто исполнит такой совет и поступит по слову Господа, этим действием уничтожает всю свою ложную надежду на мир и сосредотачивает ее в Боге. Такой человек, дошедший до верхней ступени нестяжания, так что ничего из земных вещей уже не считает своим, по слову преподобного Исидора Пелусиота, уже «здесь достигает высшего блаженства, заключающего в себе Небесное Царство». Человек, совершенный в нестяжании, не имеет привязанности даже к самым малым бытовым вещам, поскольку даже пристрастие к малой вещи может повредить душе, отлучив ум от привязанности к Богу.

Человек, который привязывается сердцем, например, к своему дому, сразу же приобретает страх потерять дом, и тот, кто знает это, может, используя такой страх и угрожая отнять дом, манипулировать человеком и заставить его сделать то, чего он по своей воле бы не сделал. А вот как раз нестяжание, как острый меч, отсекает все веревочки, которые связывают нас с тленными вещами, и делает бессильным того, кто привык нами управлять, дергая за эти веревочки. Иными словами, добродетель нестяжания дает человеку небывалую свободу.

Пример такой свободы виден в жизни святителя Василия Великого. Когда его вызвал царский чиновник и приказал признать ересь, то есть ложное учение о Боге, святой отказался. Тогда чиновник начал угрожать ему лишением имущества, тюрьмой и даже казнью, но услышал: «Отнимать у меня нечего, кроме бедной одежды и нескольких книг; заточение для меня не страшно, потому что куда меня ни заточат, везде земля Господня; а смерть для меня даже благодеяние, потому что соединит меня с Господом». Изумленный чиновник признался, что еще ни от кого не слышал таких речей. «Видимо, ты просто никогда не разговаривал с епископом», – смиренно ответил святой Василий. Так гонитель оказался бессилен перед подлинно свободным человеком. Все попытки манипулировать потерпели крах. Святой Василий ни к чему земному не был привязан и потому ничего не боялся лишиться, так что оказалось нечем его шантажировать и нечем ему грозить. Начальник отступился.

Нестяжание освобождает не только от страха потерять земные вещи, к которым мы привязаны, но и от множества забот по их приобретению и от множества опасностей, связанных с этим. Кроме того, оно освобождает значительную часть времени и, главное, внимания человека для того, чтобы обратить его на Бога и ближних и посвятить деланию добра.

Чем меньше человеку нужно для жизни, тем больше он свободен. Поэтому мудрый человек, даже имея большие доходы, учится довольствоваться малым и жить просто. Упомянутый святой Василий Великий советовал: «Не должно заботиться об избытке и прилагать старание ради пресыщения и пышности; надо быть чистым от всякого вида любостяжания и щегольства». Это очень важный принцип – довольствоваться только необходимым, а все, что сверх того, строго ограничивать.

Ведь если человек, имея вполне годную обувь, одежду и вещи, например сотовый телефон, стремится купить себе новое только потому, что прежнее будто бы «уже вышло из моды», такой заражен любостяжанием и далек от добродетели нестяжания.

Тот, кто хочет исцелиться от погибельной страсти сребролюбия и любостяжания, пусть держит в уме тот ответ, который Господь дал богатому юноше.

Но что делать тем, кто не чувствует в себе такой решимости, которая была бы соразмерна этой заповеди для совершенных? Святитель Иоанн Златоуст дает следующий совет: «Если сразу всего достичь для тебя трудно, то не пытайся все получить в один раз, но постепенно и мало-помалу восходи по этой лестнице, ведущей на небо… И ничто так легко не прекращает этой страсти, как постепенное ослабление корыстных желаний».

Действительно, сразу принять решение о том, чтобы раздать все свое имущество нищим, для многих не под силу. Но вот уделить хотя бы малую часть его для того, чтобы сегодня накормить голодного или поддержать попавшего в беду, под силу каждому. Нужно начать это делать хотя бы понемногу, но регулярно и притом со временем расширять доброделание. Чем больше мы готовы отдать в случае необходимости из своего имущества, тем меньше мы от него зависим. "

 
КлирДата: Среда, 04.05.2011, 19:22 | Сообщение # 3
Блаженны, егда поносят вас
Группа: Администраторы
Сообщений: 1293
Репутация: 0
Статус: Offline
А еще есть ОБЕТ НЕСТЯЖАНИЯ , который дают монахи.
"Нестяжание есть отложение земных попечений, беззаботная и беспечальная жизнь по заповедям Божиим.
Обет нестяжания (обещание терпеть всякую скорбь и тесноту монашеского жития) основан на Священном Писании.
Господь Иисус Христос сказал благочестивому юноше (а с ним и всем подвижникам): «Еще одного недостает тебе: все, что имеешь, продай и раздай нищим, и будешь иметь сокровище на небесах, и приходи, следуй за Мною» (Лк. 18, 22). Это значит, что последователи Христа должны уподобиться Ему, не искавшему стяжаний до такой степени, что, когда вышел на проповедь, Он «не имел, где приклонить главу» (Мф. 8, 20).
В монашеском обете нестяжания основная цель -- борьба со страстью любостяжания или сребролюбия и вещелюбия для того, чтобы освободить ум от отягощающих его образов вещества и иметь возможность ум и сердце возносить к Богу в чистой и непа-рительной молитве. Давая обет нестяжания, инок обещает освободить душу свою от желания «иметь» и ограничить себя самыми необходимыми вещами, без которых жизнь была бы уже немыслима. Истинные подвижники в своем желании «не иметь» доходят до такой степени, что перестают щадить и самое тело свое. Только при этом условии возможна подлинно царственная жизнь духа.
Нестяжательный инок - владыка над миром. Миру неведомо и непонятно подлинное монашеское нестяжание. В мире сем существует такая алчная страсть «иметь», что у людей из-за суеты не остается свободного времени на молитву и на духовное созерцание Божественного бытия. Драгоценное время они тратят или на приобретение богатства, или на пустое развлечение.
Любостяжание, то есть сребролюбие, есть «корень всех зол» (1 Тим. 6, 10) и апостол Павел назвал эту страсть идолопоклонством (Кол. 3, 5). Любовь к стяжанию и погоня за материальными благами изгоняет из сердца любовь к Богу и к ближним.
Страсть к приобретениям часто заглушает голос совести и голос природы у родителей и детей, возбуждая ссору и вражду между ними. Ради золота, ради наживы они не щадят друг друга. Эта страсть порождает жестокость, ненависть, убийства, хищения, зависть, клевету, смущения, разлучения, вражду, злопамятство, войны.
Звук металла у сребролюбца заглушает голос Божий. Человек, постоянно мыслящий о своем богатстве и связанный заботами о нем, не может стремиться к Богу, ко спасению, ибо в Евангелии сказано, что нельзя работать одновременно Богу и маммоне, и ради тленного богатства сам себя лишает небесных нетленных сокровищ.
Итак, чтобы вырваться из плена низменных забот, чтобы очистить сердце и ум от всего вещественного и духу своему дать возможность наслаждаться богоподобною свободою, необходимо отречение от стяжания, от желания «иметь».
Нестяжательный инок молится чистым умом и радуется о своей нищете, ибо она соединяет его с Богом."
 
КлирДата: Среда, 04.05.2011, 19:32 | Сообщение # 4
Блаженны, егда поносят вас
Группа: Администраторы
Сообщений: 1293
Репутация: 0
Статус: Offline
"Изречения преподобного Пимена Великого

Нестяжание, терпение и рассудительность — вот три основы иноческого жития, ибо написано: …аще будут сии трие мужие… Ное и Даниил и Иов, тии… спасутся… (Иез. 14, 14). Ной — образец нестяжательности, Иов — терпения, Даниил же — рассудительности; если в иноке окажутся сии три добродетели, то Бог, спасающий его, возобитает в нем.

Если инок возненавидит два предмета, то может быть свободным от соблазнов мира сего. Брат спросил старца: «Какие же это предметы?» На это старец ответил: «Покой плоти и тщеславие».

Некто спросил старца: «Что лучше: говорить или молчать?» Старец отвечал: «Кто говорит Бога ради, тот хорошо делает; также и тот, кто молчит Бога ради, хорошо поступает».

Бывает иногда, что человек кажется молчащим; но если сердце его осуждает других, то он говорит всегда. И есть такие, которые с утра до вечера говорят языком, но в то же время соблюдают молчание (ибо не осуждающий ближнего — то же, что молчащий).

Авва Иосиф рассказал: «Когда однажды мы сидели у аввы Пимена, среди нас был юный брат Агафон; желая что-то сказать сему Агафону, старец назвал его аввою, сказав так: «Авва Агафон». Но мы сказали старцу: «Этот брат еще юн; почему ты называешь его аввою?» Старец же отвечал: «Уста его молчаливые заставляют меня называть его аввою».

Преподобный Пимен говорил: «Брат, находящийся вместе с ближним своим, должен уподобиться истукану каменному: будучи обижаем, он не должен гневаться; будучи хвалим, он не должен превозноситься».

Говорил еще старец: «Подобно тому, как пчелы бегут от дыма, позволяя людям пользоваться сладкими плодами их работы, так покоем тела отгоняется от души нашей страх Господень и она (душа) лишается всякого доброго дела».

Некий инок спросил: «Каким образом уберечься мне от козней врага?» Отвечал отец: «Когда котел, разжигаемый снизу, кипит, то ни муха, ни какое другое насекомое не может коснуться его; когда же он остынет, то на него садятся и мухи, и другие насекомые.

Подобно сему, и к иноку, с усердием подвизающемуся в делах добродетели, враг не смеет приступить и увлечь его в свои сети; к человеку же, проводящему жизнь в беспечности и лености, враг приступает с легкостию и увлекает ко греху, как хочет».

Некто спросил старца о том, как можно избавиться от навязывающихся уму злых помыслов. Старец отвечал на это: «Случай этот подобен человеку, имеющему по левую сторону от себя огонь, а по правую сосуд с водою; если человек загорится от огня, то возьмет воду из сосуда и загасит огонь. Огонь — это помыслы злые, которые враг нашего спасения влагает в сердце человеку, как искру в некую храмину, дабы человек распалился пожеланием греховным; вода же — это молитвенное устремление человеком себя к Богу».

Однажды спросил преподобного Пимена авва Аммон о помыслах злых, исходящих от сердца, и о суетных пожеланиях. И отвечал старец от Святого Писания, сказав так: «Какую славу может получить топор без секущего им? И может ли хвалиться пила, не имея работника? (см.: Ис. 10, 15)*. (* Величается ли секира пред тем, кто рубит ею? Пила гордится ли пред тем, кто двигает ее?) Так и ты не посылай на помощь злым помыслам своего соизволения, и все эти помыслы рассеются»."
http://www.ioann.org/nastoln....ih.html

 
КлирДата: Воскресенье, 29.05.2011, 19:12 | Сообщение # 5
Блаженны, егда поносят вас
Группа: Администраторы
Сообщений: 1293
Репутация: 0
Статус: Offline
Авва Афанасий переписал на прекрасном пергаменте, который стоил восемнадцать золотых монет, весь Ветхий и Новый Завет. Однажды некий брат пришел к нему и, увидев эту книгу, унес ее. В тот же день авва Афанасий захотел ее почитать. Обнаружив исчезновение, он понял, что ее взял тот брат, но не послал спросить его из опасения, как бы тот не прибавил к воровству ложь.

Между тем брат отправился в соседний город, чтобы продать книгу, и запросил за нее шестнадцать золотых монет. Покупатель сказал ему:

Доверь мне книгу, чтобы я мог узнать, стоит ли она таких денег, — и принес книгу святому Афанасию со словами: «Отче, взгляни на эту книгу и скажи мне, должен ли я, по твоему мнению, купить ее за шестнадцать золотых монет? Стоит ли она этих денег?» Авва Афанасий ответил:

— Да, это хорошая книга. Она стоит этих денег.

Покупатель отправился к брату и сказал ему:

— Вот твои деньги. Я показал книгу авве Афанасию. Тот нашел ее прекрасной и счел, что она стоит не менее шестнадцати монет.

Брат спросил:

— Это все, что он сказал тебе? Не прибавил ли он чего-нибудь еще?

— Нет, — ответил покупатель, — больше ни слова.

— Хорошо, — сказал брат, — я передумал. Я больше не хочу продавать эту книгу.

И он поспешил к авве Афанасию и с плачем умолял взять свою книгу обратно. Авва отказался со словами:

— Иди с миром, брат, я дарю ее тебе.

Но брат ответил:

Если ты не возьмешь ее, я никогда не буду иметь покоя.
 
Форум » Добродетели » Нестяжание » Нестяжание
Страница 1 из 11
Поиск:

Форма входа